Бой на 12-й погранзаставе: самое кровавое сражение российских пограничников

«Были и трусость, и предательство»

— Кто служил на заставе?

— Большая часть — это ребята, которые пришли дослуживать на границу, десантники из Германии.

— Были какие-то знаки, что могут быть нападения? Помимо того, что сама обстановка говорила об этом?

— Были вещи, которые можно отнести к разряду мистических. У нас было помещение контрольной радиостанции, где жили две гюрзы. А я, так как был заместителем начальника заставы по боевой подготовке, заведовал складом вооружения, у меня там жила кобра, которую я подкармливал разведённым сухим молоком. За два дня до боя все змеи сбежали. Крысы тоже все сбежали. Все животные ушли. Но это если про мистику.

Мы понимали, что когда все вокруг провоевали и нас одних оставили, то нужно ждать неприятностей. Тем более что хуже нас расположение было, наверное, только на 16-й заставе, которую потом всё-таки секвестировали. В феврале 1993-го там тоже был бой.

Череда принимаемых решений некоторых руководителей привела к тому, что заставу практически уничтожили. Накануне, 11-го или 12-го, нас заставили перенести боеприпасы на склад.

— Это был приказ?

— Да, это был приказ. Запрет на выход нарядов на подступы к заставе. Была команда организовывать их непосредственно на территории самой заставы, а не высылать на вероятные пути подхода боевиков к заставе. Не буду говорить, как бы развивались события, если бы наряды были на путях и мы были бы лучше подготовлены, это сослагательное наклонение.

Когда мы только заметили боевиков, вся застава полностью вышла в опорный пункт, совмещённый с городком заставы, заняла оборону и приняла бой. Мы были морально готовы, хотя, возможно, не ожидали, что на нас попрёт столько народу.

Там, на заставе, были и трусость, и предательство некоторых бойцов. И, к большому моему сожалению, эти люди всё равно были награждены медалями «За отвагу», хотя тогда сбежали с оружием и боеприпасами.

— Сколько таких человек было?

— Достаточно.

— А та группа, с которой вы вышли, — это все, кто выжил в бою?

— Нет. С нами выходили и те, кто выжил в бою, и те, кто смалодушничал. Выходили и те ребята, которые были тяжело ранены. А на следующий день вышли ещё шесть человек, среди которых тоже были и настоящие бойцы, и трусы.

https://nstarikov.ru/wp-content/uploads/2020/07/xsajt2-41-750×417.jpg.pagespeed.ic.Vnq_Rg8vgl.jpg

Лейтенант Андрей Мерзликин рапортует начальнику 117-го Московского погранотряда подполковнику Василию Масюку 1tv.ru

— Были те, кто остался на заставе?

— Там два человека остались. Один, Аминов, был тяжело ранен. Вынести не было шансов. Мы его потихонечку прикрыли, там было тяжелейшее ранение в живот и в руку. Я взял грех на себя. На следующий день мы его нашли живым.

— А начальник заставы, Михаил Майборода, почему ему не дали Героя? Это не связано с тем, что он погиб в самом начале боя?

— Я могу только предположить. Кто-то в этой ситуации должен был оказаться крайним. Мне так кажется, сделали Мишу крайним.

То, что застава столько продержалась, столько провоевала, что была готова, — это его заслуга. Пусть не так готова, как хотелось бы, но была. Михаил погиб через 20—25 минут. Вообще, на уничтожение такой заставы, как наша, даётся 30 минут. Мы умудрились больше продержаться. Так что, я думаю, дело не в этом. Например, наш общий с Михаилом друг, Дмитрий Разумовский, одним из первых погиб в Беслане, вызвал огонь боевиков на себя. И ему дали Героя посмертно.

«Я не всегда верю людям, которые начинают рассказывать, как что-то повлияло на них коренным образом»

— Отставки в руководстве после тех событий — командующего Погранвойсками РФ Владимира Шляхтина и министра безопасности Виктора Баранникова — что они значили? То, что можно было избежать этих потерь, что была признана их ошибка?

— Трудно сказать, ошибка это была, не ошибка. Тут скорее совокупность всех факторов, которые сыграли тогда злополучную роль. Была выгородка вокруг заставы, но она не работала, и басмачи об этом знали. С учётом радиоперехвата была информация, что идёт нападение на 10-ю или на 11-ю заставы. Поэтому резерв изначально выдвинулся туда. Когда уже поняли, что это ошибка, и попытались связаться с нами, проводная связь была обрезана.

Сыграл свою роль и фактор удалённости: ближайшая к нам 13-я застава — в 25 км. 11-я застава вроде бы рядом, но там 42 км и двое суток пути по горам. И накануне этих событий приходили боевики, встречались с разведчиками. Уверили, что они будут защищать нас от ваххабитов. Кто-то поверил, кто-то нет.

— Где похоронены погибшие? На месте, где была застава, сейчас есть памятник.

— Все похоронены по месту жительства. А на том месте поставили памятник в соответствии с приказом министра безопасности о присвоении заставе почётного наименования «25 героев».

https://nstarikov.ru/wp-content/uploads/2020/07/xsajt3-35-750×563.jpg.pagespeed.ic.Rc7XSF5V2z.jpg

Владимир Петров / YoTube

— Как ваша судьба сложилась после того боя?

— Не знаю, как ответить. Я продолжил служить. Служу до сих пор, до недавнего времени — в органах госбезопасности. Сказать, как бой повлиял? Наверное, любой из нас хотел бы, чтобы такого не повторилось. Для меня это нерадостное событие.

— Вам в бою пришлось взять на себя ответственность за большое количество людей. Вы стали иначе смотреть на какие-то вещи?

— Мне тогда было 24 года. Вы знаете, мне очень повезло с родителями. Мне было бы тяжело быть другим по характеру, потому что мама была учителем в той же школе, в которой я учился. И ей сразу рассказывали про все мои проказы.

Я не всегда верю людям, которые начинают рассказывать, как что-то повлияло на них коренным образом, сломало. Я считаю таких людей слабохарактерными. Конечно, это событие как-то повлияло на меня, оно не могло пройти бесследно. Но я же закончил военное училище, и нас всех готовили к службе.

Я морально готовился к тому, что может быть такая ситуация, когда или будем убивать мы, или будут убивать нас. Внутри, конечно, что-то остаётся. Но чтобы кардинально что-то изменилось — нет. Каким был, таким и остался.

— Вы остались там же, в Таджикистане, или вас сразу перевели на другое место службы?

— Я очень хотел остаться, но в силу семейных обстоятельств не смог: мама и папа — инвалиды I группы. Поэтому я перевёлся в территориальные органы безопасности. Отучился в Нижнем Новгороде, в нашем специальном заведении. Потом дальше так и служил.

Бой[править | править код]

Нападение было совершено в ночь на 13 июля 1993 года. Около 4 часов утра наряд на юго-восточной окраине опорного пункта заметил боевиков, пытавшихся подобраться к позициям пограничников под прикрытием темноты. Поняв, что их обнаружили, боевики начали штурм заставы при поддержке огня из пулемётов, гранатомётов, миномётов и установок реактивных снарядов, заранее размещённых на высотах вокруг заставы. В результате сильного обстрела загорелась казарма и другие постройки, была подбита единственная БМП. Начальник заставы погиб в первые минуты боя, и командование принял его заместитель лейтенант Андрей Мерзликин. К середине дня оборонявшиеся понесли большие потери, боеприпасы были на исходе, и Мерзликин принял решение прорываться к шедшей на помощь резервной группе погранотряда. Отход был проведён успешно, и вышедшие к своим пограничники были эвакуированы на вертолёте. Резервная группа, усиленная бронетехникой, продолжала продвигаться в направлении заставы и к исходу дня заняла её.

Резервной группой командовал капитан Андрей Евшин. Немаловажную роль в ходе подавления боевиков играло подразделение ракетных войск и артиллерии группировки под командованием капитана Геннадия Артёменко. В ходе борьбы артиллерия уничтожила порядка 19 боевиков и три единицы техники. Связь с внешним миром поддерживало подразделение войск связи группировки под командованием старшего лейтенанта Владимира Коробова, которое помогло вызвать поддержку со стороны 149-го гвардейского мотострелкового полка из состава 201-й мотострелковой дивизии, расквартированного в г. Кулябе.

Выполняя свой долг

В 1992—1993 годах таджикская оппозиция потерпела несколько ощутимых поражений, не получив ожидаемого объёма помощи из-за рубежа. 5 апреля 1994 года в Москве стартовал первый раунд переговоров между правительством и мятежниками (Объединённой таджикской оппозицией, ОТО).

Однако таджикско-афганская граница оставалась крайне напряжённым участком. В 1998—2005 годах боевики предприняли несколько крупных, но безуспешных попыток перебраться в Таджикистан. Тесное взаимодействие пограничники осуществляли с органами госбезопасности Таджикистана и Агентством по контролю за наркотиками.

• Вооруженный межклановый конфликт в Таджикистане между сторонниками центральной власти и различными группировками в лице Объединенной таджикской оппозиции (1992-1997). Пленные.
• РИА Новости

В 1992—2005 годах на таджикско-афганской границе произошли более 500 боестолкновений и 1,6 тыс. попыток прорыва. Выполняя свой долг, погиб 161 пограничник, российские солдаты уничтожили около 3 тыс. боевиков и наркоконтрабандистов. В общей сложности было изъято свыше 30 тонн наркотических веществ, в том числе 11 тонн героина. 

В 2005 году Владимир Путин распорядился вывести пограничную группировку с территории Таджикистана. Контроль над границей был передан таджикским силовикам. Однако Россия сохранила своё военное присутствие в республике — на боевом дежурстве по-прежнему находится 201-я дивизия в составе около 7 тыс. военнослужащих.

Также по теме

«Общее понимание вызовов и угроз»: в Таджикистане завершились антитеррористические учения ОДКБ

Войска ОДКБ завершили запланированный на 2017 год цикл учений. На финальном этапе манёвров под названием «Боевое братство» более пяти…

На сегодняшний день в рамках ежегодных учений подразделения России, Белоруссии, Армении, Казахстана и Киргизии отрабатывают переброску на таджикско-афганскую границу. Коллективные силы оперативного реагирования ОДКБ, насчитывающие более 22 тыс. человек, в любой момент готовы прийти на помощь Душанбе.

В беседе с RT руководитель Ассоциации приграничного сотрудничества военный эксперт Александр Собянин отметил, что Россия действовала в Таджикистане в соответствии с собственными национальными интересами, так как стабильность в республике — залог безопасности Центральной Азии и самой России.

«Таджикистан прошёл страшное испытание гражданской войной и едва избежал вторжения со стороны афганских боевиков. Без помощи Москвы и военного присутствия России светский режим в Душанбе обречён. Так было в 1992 году. И, к сожалению, не смогу сказать, что ситуация кардинально изменилась», — подчеркнул Собянин.

«Чадов уверяет, что играл меня»

— По этим событиям снят фильм «Тихая застава». Что вы думаете о нём?

— С режиссёром фильма Сергеем Маховиковым мы дружим. По большому счёту, с негласного благословения он его и снимал. Когда его собирались снимать другие люди и я увидел сценарий, то категорически отказался в нём участвовать. Сергей переписал его по тем событиям. И этот фильм не только про 12-ю заставу. В канву сценария вплели реальные исторические факты, но Сергей объединил их в одну историю. В фильме сошлись три разных случая. Но в целом вся работа сделана исторически очень правильно.

https://nstarikov.ru/wp-content/uploads/2020/07/xsajt4-31-750×417.jpg.pagespeed.ic.sqMh067wR3.jpg

Кадр из фильма «Тихая застава». Режиссёр Сергей Маховиков YoTube

Актёр Андрей Чадов уверяет, что играл меня. Но он даже внешне чем-то похож на начальника заставы, на Михаила Майбороду. И я ему сказал: «Конечно, ты его играл, с той харизмой, которая была у него».

Есть ещё сериал «Застава», там тоже есть эпизод об этом бое. Из их съёмочной группы я ни с кем не общался. Но там очень много таких интересных фактов, которые даже для меня были шоком, потому что о них никто не мог знать, кроме меня и Михаила Майбороды.

— Хотела бы уточнить про параллельные истории. То есть события, которые показаны в фильме, — реальные. Но в жизни они не были связаны в один узел?

— Да, они происходили в разных местах и в разное время существовали независимо друг от друга. Но, действительно, была такая история с женой офицера, которую похитили душманы.

— А Евланов? Мне кажется, что актёр, который играет Сергея Евланова, очень похож на реального героя.

— Был такой замечательный человек, режиссёр Сергей Говорухин. Мы с ним познакомились в 1995-м после его ранения в Чечне, когда ему ампутировали ногу. Он сказал мне тогда очень правильные слова: «Правдивый фильм о войне может быть только документальным».

Но даже документальный фильм — это всё равно вопрос подачи: что показано, какой закадровый текст. Одно и то же событие можно по-разному преподносить и комментировать, показать в разных ракурсах.

Сергею Евланову я обязан жизнью. И я этого не скрываю. Хотя он от этого отнекивается.

— Как сложилась его судьба? Он ведь второй, кто был награждён званием Героя России, из тех, кто остался в живых.

— Сергей Евланов уехал на родину. Сейчас он живёт в Екатеринбурге, возглавляет фонд имени 25 героев 12-й заставы. Работает с детьми, создаёт отряды юных пограничников, работает на наше будущее. Сам занимается спортом, привлекает детей к занятиям боксом, рукопашным боем. У него уже несколько тысяч детей в этом фонде.

https://nstarikov.ru/wp-content/uploads/2020/07/xsajt5-28-750×417.jpg.pagespeed.ic.VvBJrBZeEy.jpg

Братья Михаил и Иван Майборода на 12-й заставе YoTube

— Вы когда-нибудь собирались вместе — все, кто вышел из боя?

— Нет, только после награждения. На 20-летие человек восемь собралось, в Липецк приезжали. И всё. Потому что очень многие не хотят об этом вспоминать. У некоторых пытались взять интервью или даже просто переговорить с ними о тех событиях, чтобы что-то рассказали, — многие просто наотрез отказываются. Так же, как и Иван Майборода (брат начальника погранзаставы, который находился на её территории и наравне со всеми героически проявил себя в том бою. — RT).

Когда я приезжал к Ваньке, мы садились и он начинал заниматься стратегией, тактикой, как воевать надо, как не надо. И всё время: война, война, война… И он на этой войне так и остался. Она его, к сожалению, всё-таки забрала.

— Почему Михаил тогда взял его к себе на заставу? Он хотел, чтобы младший брат был под присмотром?

— И да и нет. С одной стороны, потому что Ване нужно было идти служить в казахскую армию. И Михаил решил, что лучше он будет служить в российских войсках. Тогда был актуальный вопрос: какой Родине присягать? Второе — чтобы действительно под присмотром. У Вани был сложный характер. Были и вредные привычки. Но на заставе он полноценно нёс службу. И то, что он вышел из того боя, — это, наверное, тоже Божий промысел для родителей: один сын погиб, второй присутствовал при этом и не посрамил фамилию, воевал наравне со всеми. Поэтому оба награждены одинаковыми наградами.

Был страшный бой…

На месте боевых действий был проведен митинг, на котором вспомнили о событиях того страшного дня…

Как рассказывают очевидцы, нападение на заставу произошло в 4 часа утра.  Наряд пограничников, расположенный на юго-восточной окраине опорного пункта заставы, обнаружил моджахедов, которые карабкались по склонам. Была дана команда «В ружье!».

— Мы были как на ладони. Мы сразу стали прикрывать своих сослуживцев от вражеского огня, но патроны заканчивались, как и вода… Я отслужил всего лишь два месяца, а одиннадцать наших ребят должны были на следующий день демобилизоваться и уехать на родину, в Россию, но все погибли здесь. Я никогда не смогу забыть этот  день, — говорит он. 

По словам генерал-майора в отставке, в 1993 году старшего офицера разведки погранвойск Джаббора Хамидова, перед началом нападения противник в первую очередь отрезал связь заставы с внешним миром.

— Через три часа боя противник начал просачиваться на заставу, рассекая круговую оборону пограничников, — рассказывает полковник в отставке Валерий Коченов, приехавший ради этого события из Воронежа. — Бой с 7 часов утра принял характер очагового противоборства.

Управление заставой принял на себя  заместитель Майбороды — лейтенант Андрей Мерзликин.

По словам очевидцев, после длительного боя бойцы 12-й заставы стали отступать. Их отступление прикрывали таджикские пограничники с заставы «Порвар». В эвакуации раненых и оказании первой медицинской помощи участвовало и местное население Порвара и Сари-гора.

Из пояснительной записки начальника 117-го пограничного отряда о боестолкновениях в районе 12-й погз Московского пограничного отряда:

«…В ходе завязавшейся перестрелки была подбита боевая машина пехоты, поврежден СПГ-9, тяжело ранен начальник пограничной заставы лейтенант М. Майборода, погибли и ранены несколько пограничников. …В результате разрывов произошло возгорание казармы и других помещений заставы.

В 7.40 с 13-й погз в район пограничной заставы вышел резерв Московского пограничного отряда подполковника В. Масюка в составе: 105 человек от пограничного отряда, 12 человек от КНБ РТ, 1 танк Т-72 и 1 БМП от КНБ РТ , 2 БМП от 149-го МСП 201-й МСД. Колонна подошла в 9.25 к подступам заставы, где была обстреляна. Несмотря на нанесение авиационных ракетных ударов (с 8.00 до 11.30), противник вел интенсивный огонь по резерву пограничного отряда и не дал возможности разминировать дорогу и продвинуться к 12-й заставе…

В 18.30 резерв пограничного отряда и бронегруппа 201-й МСД заняли кишлак Сари Гор. В дальнейшем, продвигаясь под огнем противника, в 20.10 заняли 12-ю заставу.

Непрерывный бой на заставе продолжался более 11 часов. В результате боестолкновения погибло 25 пограничников. В итоге оставшиеся в живых 18 пограничников с боем пробились из окружения…».

Asia-Plus, архивное фото

«Одна из первых акций Хаттаба»

— Есть две версии, почему начался бой на 12-й заставе. Одна — возмездие моджахедов. Другая — прорыв. Что это было на самом деле?

— Акция возмездия подразумевает наказание людей, которые причинили вред государству или сделали что-то плохое. Мы на Афганистан не нападали. Во-первых, мы спокойно сидели у себя, пусть уже и в развалившемся Советском Союзе, но всё-таки в нашем государстве. Во-вторых, в Таджикистане шла гражданская война. Третье — нападали регулярные части афганской армии, 55-й дивизии Кази Кабира.

— Цель этих акций — заставить вас уйти оттуда?

— Да. 1993-й — год, когда стало понятно, что Советский Союз окончательно развалился, все республики были уже самостоятельные, и все пытались утвердиться. В Таджикистане шла гражданская война, война за власть.

Естественно, погранвойска мешали тогда не только укрепиться оппозиционерам, салафитам, которые хотели прийти к власти вместо Рахмонова, но и сдерживали транзитный поток наркотиков через Таджикистан в Россию и дальше на Запад. Когда не удавалось пройти наших пограничников, делались такие выпады, чтобы вынудить российское государство принять решение о выводе войск. Это был государственный терроризм, по большому счёту.

— Можно ли считать, что для нас это была вторая афганская война?

— Нет. Я думаю, это совсем другое. Мы были там так же, как сейчас в Сирии: по просьбе и по соглашению с правительством Таджикистана, защищали границы, внешние границы СНГ. Это не было ни в коей мере продолжением тех событий. Это всё-таки в большей степени гражданская война, борьба за то, кто придёт к власти: кулябский Рахмонов или оппозиция. И борьба за продолжение наркотрафика, который потом там и образовался, и по сегодняшний момент действует — с ещё большим размахом.

— Зачем нам это было нужно? Это было миротворчество? Мы имели какие-то обязательства перед Рахмоновым? Или это была попытка защитить русских?

Для нас, как бы это высоко ни звучало, это всё-таки была охрана внешних рубежей. Потому что на тот момент внутренние границы со странами бывшего Союза ещё не были обустроены. И говорить в такой ситуации об их полноценной охране пока было нельзя. Поэтому основная наша задача стояла — сдержать натиск извне.

Всё, что потом мы получили в Чечне, — это результаты того противостояния в какой-то степени. Не получилось там — перекинулись в Чечню. Тот же Хаттаб. Наша застава — это его первая пробная акция против российских войск.

— То есть Хаттаб командовал одной из групп, напавших на заставу?

— По крайней мере, из тех документов, которые были собраны нашей разведкой (и я их читал), это одна из первых самостоятельных акций Хаттаба.

«В ружье!»

Атака началась около четырех часов утра и оказалась бы совершенно неожиданной, если бы несшие службу дозорные не заметили подбирающегося врага. После этого застава была поднята по команде «В ружье!», а боевики открыли плотный огонь с господствующих высот. Прежде всего они уничтожили главную огневую силу заставы — боевую машину пехоты, а потом перенесли огонь на строения и бежавших занимать свои позиции пограничников.

Руины зданий 12-й заставы Московского погранотряда, оставшиеся после нападения боевиков 13 июля 1993 года

Одним из первых погиб командир заставы старший лейтенант Михаил Майборода, которому тремя днями ранее исполнилось 25 лет. Он оказался ближе всех к станковому гранатомету, стоявшему у входа на заставу, и открыл из него огонь по боевикам. Те быстро забросали офицера гранатами, тяжело ранив его. Старший лейтенант только успел сообщить по рации своему заместителю, лейтенанту Андрею Мерзликину, что передает ему командование, как получил второй осколок в поясницу, который и стал смертельным.

Отражать атаки боевиков пограничникам пришлось в дыму и пламени: первыми выстрелами реактивных снарядов из гранатометов и снятых с вертолетов пусковых установок были подожжены практически все постройки заставы. Хуже всего оказалось то, что нападавшие сумели оттеснить защитников заставы от склада боеприпасов: пришлось отбиваться только тем, что было в подсумках и магазинах. В итоге на прорыв к идущей на подмогу резервной группе оставшиеся в живых пограничники пошли, пополнив свой боезапас из последнего цинка с патронами, который хранился под кроватью у лейтенанта Мерзликина и который ценой собственного ранения вытащил из уже горящего дома офицерского состава пограничник Мирбако Додокалонов. Как признавался потом Андрей Мерзликин, «если бы не он, нам определенно был бы кирдык. Распределили все поровну. Позже, когда уже вышли, я подсчитал — на каждого осталось по семь патронов».

Рядовой Иван Филькин (третий слева в верхнем ряду) среди товарищей по 12-й заставе. Получивший несколько десятков пулевых ранений, он до последнего защищал свой участок обороны. Посмертно удостоен звания Героя России

Команда «Отходим!» прозвучала на исходе одиннадцатого часа боя. Прикрывать товарищей вызвались несколько тяжелораненых пограничников — и выполнили задачу ценой своих жизней. К этому времени резервная группа только-только сумела уничтожить охранявших заминированный участок дороги душманов, снять мины и двинуться в сторону 12-й заставы. На подходе к ней они и встретились с отошедшими пограничниками.

В полседьмого вечера резерв Московского погранотряда вошел в кишлак Саригор, а в десять минут девятого, подавив сопротивление душманов минометным и танковым огнем, занял и руины 12-й пограничной заставы. То, что увидели там пограничники, ужаснуло даже бывалых бойцов. Захватив заставу, моджахеды принялись добивать раненых и издеваться над телами погибших. Так, тяжелораненому кинологу сержанту Владимиру Елизарову отрезали голову и бросили в вольер к его подопечным, а у его мертвых товарищей срезали кожу и выкололи глаза…

Первый памятник защитникам 12-й заставы, поставленный на ее руинах пограничниками Московского погранотряда, середина 1990-х годов

Предыстория нападения

Журналист «Российской газеты» Владислав Куликов, рассказывая об истории 12-й погранзаставы «Саригоры», писал, что она входила в Московский погранотряд Группы Пограничных войск РФ в Таджикистане, на тот момент охранявшей таджикско-афганскую границу уже около года. А прежде, до распада Советского Союза, здесь служили пограничники Краснознаменного Североазиатского погранокруга КГБ СССР.

В республике, граничащей с Афганистаном, в 1993 году шла гражданская война. На протяжении нескольких месяцев того года, с весны, боевики таджикских оппозиционных сил, поддерживаемыми афганскими моджахедами, не раз предпринимали неудачные попытки прорвать границу Таджикистана с Афганистаном. В этих районах в 1993 году систематически возникали боестолкновения, российские пограничники задерживали афганских душманов и таджикских боевиков, изымали оружие и боеприпасы, экстремистские материалы. Есть мнение, что нападение на «Саригоры» планировалось как месть за подобные нереализованные нападения.

По разведданным российских пограничников, численность порядка полутора десятков боевых групп боевиков (одну их них возглавлял Хаттаб), готовившихся совершить нападение на погранзаставу, превышала 200 человек, у них на вооружении помимо автоматов имелись минометы и пулеметы, безоткатные орудия, ручные гранатометы и ПЗРК. Командовали группами моджахедов исламские командиры Кази Кабир и Кари Хамидулло.

Итоги

Внешние видеофайлы
	. TOMSK.FM.

Из 48 человек, находившихся на заставе в начале боя:

• 18 во главе с лейтенантом Мерзликиным прорвались к группе, шедшей на помощь;
• 1 был найден на заставе после ухода боевиков;
• 4 вышли к заставе на следующий день;
• 25 погибли (22 пограничника и три военнослужащих 201-й мотострелковой дивизии)

Боевики оставили в районе заставы 35 своих убитых, а всего же их потери составили предположительно до 70 человек.

После трагедии на 12-й заставе был отправлен в отставку командующий Пограничными войсками Российской Федерации генерал-полковник Владимир Шляхтин, а министру безопасности Виктору Баранникову объявлен выговор за выявленные недостатки в работе (существовали предположения, что отставка Баранникова 18 июля также была связана с событиями на таджикско-афганской границе). Сама застава в ходе боя была практически полностью разрушена.

Приказом министра безопасности Российской Федерации № 413 от 1 ноября 1993 года 12-я пограничная застава получила наименование «имени 25 героев». Указом Президента Российской Федерации № 1050, от 19 июля 1993 года, за мужество и героизм в бою на 12-й заставе шесть пограничников были удостоены звания Героя России:

• рядовой Сергей Борин (посмертно);
• сержант Сергей Евланов;
• сержант Владимир Елизаров (посмертно);
• лейтенант Андрей Мерзликин;
• сержант Сергей Сущенко (посмертно);
• рядовой Игорь Филькин (посмертно).

В 2008 году разрушенная погранзастава «Сари-гор» была восстановлена на деньги, переданные США, но не на прежнем месте заставы, а перенесена выше в горы — на несколько километров ближе к пограничной комендатуре Йол, на самом верху ущелья:

12 Застава. 2012 год.

С этим читают